воскресенье, 20 декабря 2015 г.

Тыква - рыжая красавица

Круглые, плоские, веретеновидные с перетяжкой, напоминающие извивающуюся змею, ярко-оранжевые и светло-желтые, серые и зелено-полосатые, гладкие и крупно ребристые, словно разделенные на дольки – это все тыквы. А размеры? Малышки весом 500–600 г и неподъемные гиганты, достигшие центнера и больше. Да что центнера, в Книге Гиннеса зафиксирована тыква весом 821 кг и объемом 4,7 м (!). Ее представили на ежегодном фестивале тыкв, проходящем в маленьком американском городке Мортон, что в штате Иллинойс. Поистине, разнообразие культуры способно поразить воображение.

Общепринято считать, что родина тыкв – территория современной Мексики и южных штатов США. В качестве доказательства приводится установленный факт, что индейцы Старого Света возделывали культуру еще 5 тысяч лет назад. Что интересно, они использовали тыкву безотходно – мякоть шла в пищу, из семян получали ценное масло, кожура использовалась для изготовления посуды и другой домашней утвари. Подтверждением столь длинной американской истории тыкв служит тот факт, что при раскопках в Перу были найдены фрагменты табличек с изображением тыкв.
Но не все ученые в этом вопросе единодушны. Есть свидетельства того, что родина культуры – Африка, и к индейцам тыква попала с Черного Континента. Тогда как же она смогла самостоятельно преодолеть океан в столь далекие от нас времена? Был поставлен забавный эксперимент – от западных берегов Африки тыквы отправили в свободное плавание по Атлантике. И, о чудо! Спустя двести с лишним дней они “пришвартовались” к берегам Америки, и что интересно, пробыв столь длительный срок в соленой воде, семена тыкв не утратили способности прорастать и давать потомство. Кстати, коренные жители Африки тоже использовали тыкву в обиходе, но не так широко, как индейцы.
Конечно, все это очень любопытно и даже – курьезно. Но для нас важно другое, в конце концов, из Америки тыква попала в Западную Европу, а оттуда и на Русь. То, что наши далекие предки возделывали культуру с давних времен, факт установленный, хотя точную дату этого знаменательного события установить пока не удалось. И тыква на Руси настолько прижилась, что давно представляется нашим исконным овощем.

Видов тыкв не один десяток. Только на американском континенте в дикой природе произрастает около 20. Но нас должны интересовать, главным образом, три.

Самый распространенный у нас вид – тыква твердокорая, или обыкновенная (Cucurbita pepo). Свое название вид получил неслучайно – будучи полностью созревшей, тыква имеет чрезвычайно плотную, можно сказать одеревеневшую кожицу. Тыква твердокорая наиболее скороспелая, большинство сортов бывает готово уже в конце августа (условия средней полосы) даже при посеве непосредственно в грунт. Интересен вид и тем, что его плоды, будучи не вполне созревшими при сборе, способны дозревать во время хранения. Мякоть тыквы твердокорой вполне съедобна, но своими вкусовыми качествами значительно уступает другим видам. Отличительный признак вида – рубчатая плодоножка, похожая на срезе на звездочку. Семечки желтовато-белые или кремовые, с отчетливо выраженным ободком. Именно их мы и подразумеваем, говоря о тыквенных семечках. У этого вида есть любопытная разновидность – голосемянные тыквы, они отличаются отсутствием у семян плотной кожуры, вместо которой образуется тонкая прозрачная пленка, отпадающая при высыхании. Семена после просушивания могут сразу использоваться в еду. 
Из голосемянных тыкв у нас известен польский сорт Юнона (Junona) – среднеспелый, от всходов до полного созревания 110–115 дней. Плоды оранжевые с зеленым рисунком, округлые, массой 2,5–3 кг. Каждый плод содержит 300–350 г семян. На растении формируется 2–3 плода.
Интересен американский среднеранний сорт Какай халлес (Kakai Hulless), его плоды созревают чуть раньше, на 100–105 день. Они также округлые, оранжевые с темно-зеленым рисунком, массой 2,5–4 кг. На каждом растении формируется 2–3 плода с аналогичным количеством семян.

Второй вид – тыква крупноплодная (Cucurbita maxima) назван так неслучайно – его сорта дают самые крупные плоды. Крупноплодные тыквы и самые сладкие, содержание сахара в них достигает порой 15%, в среднем – 7–9%. Семечки крупные, гладкие, молочно-белые, бежевые или светло-желтовато-коричневые; в пищу не используются. Крупноплодные тыквы более других видов устойчивы к понижению температуры или ее перепадам в конце сезона; прекрасно хранятся в комнатных условиях до следующего лета, вкус во время хранения только улучшается. Плодоножка на срезе округлая. Этот вид имеет множество сортов:
Зорька – отечественный среднеспелый сорт с нарядными плодами массой 4–5 кг, в их окраске чередуются темно- и светло-серые и оранжево-розовые “рваные” полоски и пятна. Мякоть ярко-оранжевая, плотная, сладкая, с высоким содержанием сухих веществ, каротина и сахаров (12–14%). На растении формируется 2–3, редко 4 плода.
Российские сорта Конфетка и Крошка принято называть порционными. Их плоды действительно невелики – 1,5–2,5 кг и 2,5–3 кг соответственно. Мякоть обеих тыкв красно-оранжевая, сочная, хрустящая, сладкая, отличного вкуса. На растении формируется 5–6 плодов. Тыква Крошка смотрится как хорошо известный сорт Серая волжская в миниатюре, подозреваю, что они являются близкими родственниками.
Тыкву Лечебная назвали так за повышенное содержание каротина. Сорт скороспелый, от всходов до полного созревания 85–100 дней; полукустовой (длина главного побега не превышает 1 м) и удобен для выращивания в небольших садах. Кожица серая, со светло-серым сетчатым рисунком, плод массой 3–5 кг. Мякоть ярко-оранжевая, сочная, сладкая. На растении формируется 3–4 плода.
Такой же ранний и сорт Россиянка, его можно назвать умеренно плетистым, длина главного побега около 1,5 м. Плоды своеобразные, грушевидные, тонкокорые, ярко-оранжевые, массой 2–3 кг. Мякоть ярко-оранжевая, очень нежная, сладкая, с легким дынным ароматом. На растении формируется до 5 плодов.
Рекордсмен по скороспелости порционный сорт Улыбка, его плоды можно снимать уже через 85–90 дней от всходов. Сорт кустовой, длина главного побега около 1 м. Плоды плоскоокруглые, ярко-оранжевые, с белесыми полосками, массой 1,5–2 кг. Мякоть ярко-оранжевая, толстая, хрустящая, плотная, сладкая, с легким дынным ароматом. На растении формируется 5–6 плодов. 
Сравнительно недавно в садах любителей культуры появился японский сорт Учики кюри (Uchiki Kuri); иногда его называют Red Kuri или Orange Hokkaido. Сорт раннеспелый, от всходов до полного созревания 90–100 дней, длина главного побега около 2,5 м. Плоды округло-грушевидные, тонкокорые, ярко-оранжевые, массой не более 1,5–2 кг. Мякоть ярко-оранжевая, толстая, сочная, сладкая, с легким ореховым привкусом и высоким содержанием каротина. На растении формируется 5–8 плодов. Сорт интересен тем, что мякоть можно использовать в пищу вместе с кожурой.

И, наконец, тыква мускатная (Cucurbita moschata) по праву считается самой вкусной, содержащей значительное количество каротина. И вкус, и аромат у мускатной несколько иной, скорее – ореховый. Этот вид у нас распространен очень ограниченно. На мой взгляд, тыква мускатная незаслуженно пострадала от дурной молвы, она, мол, капризная, в средней полосе расти не желает, а если и растет, то ее плоды не вызревают и т.д. Откуда пошли эти слухи, не знаю. Да, этот вид более теплолюбив по сравнению с другими и, как правило, имеет длительный вегетационный период. Да, в средней полосе выращивается рассадным способом. Так в чем проблема? Мы же выращиваем рассаду томатов, перцев, огурцов, даже – капусты, почему нельзя вырастить два–три сеянца тыквы, а больше для семьи и не нужно. К тому же мускатные тыквы прекрасно дозариваются в комнатных условиях и хранятся до следующего лета. Однажды я оставила один плод сорта Waltham Butternut нетронутым до следующего лета, в конце августа (!) разрезала. Стенка слегка подсохла, некоторые семечки проросли в тыкве, но ведь она сохранилась, не испортилась, пролежав чуть более года.
Мускатные тыквы имеют пятигранную плодоножку с выраженным расширением в основании. Семечки некрупные, грязновато-желтые или бежевые. Считается, что плоды мускатных тыкв небольших размеров и имеют более или менее выраженную вытянутую, булавовидную форму. Это не совсем так. Просто чаще выращивается, а значит и встречается уже упомянутый мною американский сорт Уолтем баттернат (Waltham Butternut). Его плоды действительно вытянуто-грушевидные, песочно-бежевые, массой 1,5–2 кг. Мякоть насыщенно-оранжевая, толстая, плотная, сладкая и ароматная, с ореховым привкусом и с высоким содержанием сахаров и сухих веществ; семенная камера небольшая. На растении формируется 4–6 и более плодов. Мне доводилось снимать до 15 плодов с одного куста. Сорт ранний (!), от всходов до полного созревания 85–95 дней.
А вот Муск де Провенс (Musquee de Provence) – сорт народной селекции родом с юга Франции имеет плоскоокруглые плоды, они крупно и глубоко ребристые, как будто составленные из отдельных выпуклых долек, сначала густо-зеленые, в процессе хранения приобретают коричневато-оранжевую тональность, массой 4,5–7 кг. Мякоть насыщенно-оранжевая, толстая, до 6–8 см, плотная, сладкая и ароматная, с высоким содержанием сахаров и сухих веществ; семенная камера небольшая. На растении формируется 1–2 плода.
Не вписывается в устоявшийся стереотип и испанский сорт Грасса д’Альба (Grassa d’Alba). Хотя его плоды вытянуто-грушевидные, но достигают массы 6–8 кг, а в благоприятное лето и 10 кг. Мякоть насыщенно-оранжевая, толстая, плотная, хрустящая, сладкая и ароматная, с ореховым привкусом и высоким содержанием сахаров и сухих веществ; семенная камера небольшая. На растении формируется 2–4 плода.

Описывая распространенные у нас виды тыкв, я упоминала форму плодоножки. Сделала я это неслучайно, в литературе предлагается по ее строению определять видовую принадлежность тыквы, и это – правильно. Но – неудобно. Поясню. Представьте, Вы купили несколько сортов тыквы, планируете апробировать их летом. На пакетиках с семенами, за редчайшим исключением, вид тыквы производитель не указывает. Вы же сможете приступить к идентификации, только когда на растениях сформируются полноценные плоды и плодоножки. 

А так ли уж важно знать к какому виду принадлежит сорт, спросите вы, главное – он должен понравиться. И вы правы, сорт должен, прежде всего, удовлетворять ваши запросы. Но… 

Приобретая у меня семена, люди часто спрашивают, а можно ли самим их получать, и если можно, то как. Не только можно, а – нужно. Но важно знать некоторые подробности из жизни культуры. 
Тыква не дает межвидовых гибридов, но охотно их творит внутри вида. Это означает, что, посадив неподалеку два сорта, относящихся к одному виду, чистосортных семян не собрать. Какие только “дети” из них впоследствии не вырастут. То, что они внешне могут отличаться друг от друга, порой – резко, полбеды. Когда селекционер работает над созданием сорта, он старается закрепить в нем самые лучшие качества. Применительно к тыкве – вкус плода, содержание в нем питательных веществ, лежкость, устойчивость к болезням, скороспелость и т.д. В “несанкционированных” гибридах в первую очередь страдает вкус.
Для получения сортовых семян тыквы в литературе рекомендуется прибегать к искусственному опылению. Спорить с этим не приходиться, это – правильно, но доступно далеко не всем любителям. Сама по себе процедура искусственного опыления несложна, но требует навыка. К тому же необходимо постоянно находиться в саду и ждать момента, когда растение готово к опылению, точнее готовы мужские и женские цветы, они вот-вот одновременно раскроются, остается их изолировать и … А, если вы работаете и приезжаете в сад только в свободные дни? Цветки без вас и откроются, и опылятся по своему усмотрению, в неразборчивости им не откажешь. 
На самом деле любитель может получить чистосортные семена более простым способом, не требующим ни дополнительного времени, ни особого умения. Я поступаю следующим образом. В одно лето выращиваю по одному сорту каждого вида и получаю абсолютно чистые семена. Правда, оговорюсь, нам в этом смысле очень повезло с соседями, и близкими, и отдаленными. Никто, ничего не выращивает, а деревня, где люди занимаются делом, от нас закрыта лесом. Так что опасность визита насекомого с ненужной пыльцой на лапках сведена к минимуму. На следующий год сею еще три сорта также разных видов.
А если нужно получить семена двух сортов одного вида и одним сезоном? Эта задача уже позатейливей, но тоже несложная. Она требует лишь дополнительного времени и внимания. Я выбираю более скороспелый сорт и сею его первым. Я не оговорилась – именно так. Что это дает? Мало того, что сорт сам по себе должен зацвести и завязать плоды раньше, так и посеян он с опережением. Он зацветает, а я наблюдаю, когда произойдет опыление – это легко определить по начавшемуся увеличению завязи. Помечаю плодоножку ленточкой-меткой. Делаю это не потому, что страдаю глубоким склерозом и боюсь не вспомнить, какой плод был первым. К концу сезона и первые, и вторые, и следующие плоды выравниваются, и не всегда легко определить, какой плод был опылен собственной пыльцой, а повесить метку – найдется ли в саду более легкая работа. Желательно оставить на семена две тыковки, вдруг одна пропадет. 
А что делать со вторым сортом? Когда приходит пора раскрыться на нем женским цветкам, на кусте первого сорта я обрезаю все распустившиеся или готовящиеся это сделать мужские цветки. И жду, когда куст второго сорта справится с опылением самостоятельно. Скольких-то тыковок на первом кусте вы не доберете, но получите чистые семена двух сортов.
Но еще раз подчеркну, мой способ хорош лишь в том случае, если за забором соседи тоже не выращивают тыквы. Или придется поделиться с ними семенами и выращивать одинаковые сорта. Кстати, любимые всеми кабачки, цуккини и патиссоны относятся к тыкве твердокорой и охотно вступают с ней в отношения, это надо иметь в виду. 
Когда-то считалось, что для получения чистосортных семян необходима пространственная изоляция не менее 500 м, на полях, где выращивались семенники, устраивали заграждения в виде лесополос. К сожалению, эта необходимость в прошлом – пчел почти не видно, в шмели – основные сегодняшние помощники далеко не летают, слишком тяжелые для этого.

Так как же заранее определить вид тыквы? Нет ничего проще – по ее семенам, с этим даже новичок не запутается. На фото представлены семена тыквы крупноплодной (слева) и мускатной (справа), хорошо видны различия. Не могу продемонстрировать семена тыквы обыкновенной, но их и показывать нет смысла, семечки все (или почти все) любят. Мы же выращиваем только голосемянную, относящуюся к этому виду. Собственно, ради “голых” семян мы эту тыкву и сеем. Эти тыквы потому и называются голосеменными, что их семена лишены кожуры. Но и их покажу для наглядности (внизу). Любителей лузгать семечки просьба не смотреть.

И последнее, что хотелось бы сказать о семенах. Для посева лучше использовать семена, которые хранились не менее 2–3 лет, свежие, прошедшего года дают растения с преобладанием мужских цветков. Поэтому, когда вы собираете свои семена, возьмите за правило писать не только название сорта, но и год производства, если так можно сказать. Кстати, это относится не только к тыкве, но и к другим культурам. 
Хранятся семена тыкв очень долго, 7–8 лет не предел, их всхожесть начинает падать только после 10-го года хранения, да и то в комнатных условиях. Почему в комнатных или каких-то других – к этому вопросу я как-нибудь вернусь и расскажу подробнее.

А сейчас давайте обратимся к агротехнике культуры. Вырастить тыкву несложно, особые капризы за ней не наблюдаются. Но некоторые особенности культуры знать все же нужно.
Тыква происходит из жарких степных и полупустынных районов Америки, и в процессе эволюции выработала способность формировать мощную, сильно разветвленную и проникающую глубоко (2–2,5 м и более) в грунт корневую систему, позволяющую извлекать влагу из глубоких слоев. Да и поверхностные корни охватывают большой объем почвы, демонстрируя огромную всасывающую силу, именно поэтому культура успешно переносит засуху. Суммарная длина корня вместе с ветвлением может достигать 150–170 м. 
Кто хоть однажды выращивал тыкву, знает, какой у нее мощный, ветвящийся стебель, сколь огромны листья, сидящие на толстых сочных черешках. Очевидно, что при таком объеме вегетативной массы (про плоды уже и не говорю) растение выносит из почвы значительное количество питательных веществ. Отсюда следует, что посадочные ямы для тыкв должны быть не маленькими, чем глубже, тем лучше и хорошо заправленными.
Я предпочитаю готовить ямы с осени. Делаем ямы шириной 50–60 см и глубиной, сколько сил хватит, и тут же начинаем их поочередно потихоньку заполнять по следующей схеме. На самое дно кидаем грубые и колючие ветки: слегка измельченные побеги малины и роз; за зиму они не успеют полностью перепреть, но окажутся так глубоко, что весной о них не поранишься. Как только слой веток окажется приличным, начинаем перемежать пищевые кухонные остатки с огородной ботвой, опавшими листьями, падалицей и т.п. Уплотняем содержимое первой ямы и в той же последовательности готовим следующую. Две–три ямы остаются к зиме не вполне заполненными, но за зимний период, до прихода весны мы их исправно пополняем. Таким образом, к моменту посева у нас готовы те же компостные кучи, только не на поверхности земли, а скрытые в ней. Хотя содержимое ям полностью не перепревает к лету, тем не менее, питания тыквам вполне хватает, и я не вижу необходимости еще что-то добавлять.
К весне содержимое ям, как не уплотняй, осядет, и образуется “впадина”. Это даже неплохо. Я сажаю сеянец в это углубление и даю ему время обжиться, обычно на это уходит несколько дней, ведь тыква – культура шустрая. Затем начинаю понемногу подсыпать в углубление питательный грунт, благодаря чему куст развивает дополнительные корни от побега. 

Минеральными удобрениями мы не пользуемся вовсе, они в нашем хозяйстве не водятся.

В целом, тыквы неплохо растут на самых разных почвах, но предпочитают умеренно плотные, проницаемые, нейтральные или слабокислые. Хуже всего удаются на тяжелых глинах и на почвах с высоким стоянием вод. Тыква любит влагу, особенно в начальный период вегетации, переизбыток влаги в почве не сказывается на ней негативно, но качество плодов страдает. Они становятся менее вкусными, не набирают нужного количества сахаров и сухих веществ, плохо хранятся зимой. Из двух напастей – излишек влаги и засуха, последняя для тыквы менее опасна. 

Неподходящий грунт на участке еще не повод отказываться от выращивания тыквы. Наметьте будущее местоположение растения и постепенно организуйте холмик из растительных остатков, их в саду всегда предостаточно. Если холм покажется слишком высоким, не беда, за зиму он прилично осядет, и тыкве наверняка понравится. 
Как все представители семейства тыква любит открытые, солнечные, хорошо прогреваемые участки. Места, где гуляет ветер, тыквам не подходят – их широкие, крупные листья ломаются при порывах ветра, к тому же испаряют больше воды. Мускатные тыквы – любительницы освоить вертикальные опоры и делают это очень ловко. Их побеги настолько прочные, что выдерживают плоды весом в 7–8 кг, а таких на побеге может быть несколько.
Тыква требует обильного полива во время наращивания вегетативной массы, массового цветения и завязывания плодов, т.е. в первую половину лета. Поливать лучше реже, скажем, раз в неделю, но обильно – до 2 ведер под куст, памятуя о том, насколько глубоко залегают корни. Такой режим полива относится к уже развившимся кустам, молодые растения поливают 2–3 раза в неделю и требуют меньших объемов воды. Вода желательна теплая, так как холодная может вызвать загнивание корневой системы.

Меня нет-нет спрашивают про севооборот на нашем участке. Признаюсь, не отрицая значимости этого агротехнического приема, мы его практически не соблюдаем или соблюдаем, но в весьма урезанном и символическом виде. Грамотный севооборот – это некий идеал, к которому надо стремится, но который практически недостижим в небольшом частном саду. Поясню на примере. Многие сажают тыквы поближе к компостным кучам, и это неплохо, тыква обеспечена достаточным питанием, а она в свою очередь прикрывает эту вынужденную и необходимую в хозяйстве “красоту”. По правилам севооборота тыкву возвращают на старое место через 5–6 лет, и что делать эти годы? Перемещать компостное великолепие по всему саду? 

Скороспелые сорта тыквы можно сеять непосредственно в грунт, но я предпочитаю рассадный способ. При том обилии рассады, что я выращиваю, несколько лишних стаканчиков не помеха. Для проращивания помещаю семена между 3–4 слоями тонкой х\б ткани; использовать марлю, как часто рекомендуют, не люблю. Семена тыквы, да и других тыквенных, едва проклюнутся, быстро наращивают корешок, не успеешь оглянуться, а он уже начал ветвится, да так и норовит пролезть сквозь редкую ткань; есть опасность обломать кончики. Ткань с семенами раскладываю на тарелке, не забыв указать название сортов, и помещаю в полиэтиленовый пакет. Тарелку ставлю на батарею или теплый пол. 
Жду момента, когда плотная кожура не просто треснет, а слегка обнажит семядольные листочки. Семя сажаю по одному в 200-г стаканы, заполненные на 2\3 высоты питательным грунтом, и им же присыпаю сверху. Стаканы вновь закрываю полиэтиленом до прорастания. Слежу, чтобы на полиэтилене не собирался конденсат. При появлении на поверхности грунта семядольных листочков, переношу стаканы на окно. Если позволяет погода, ставлю для удобства стаканы в невысокие ящики и выношу на улицу. Сначала желательно поставить рассаду в чуть притененное место и дать ей возможность акклиматизироваться в течение нескольких дней. Весеннее солнце не так уж и безобидно и может оставить ожоги на листочках. 
Рассада развивается просто на глазах, постепенно подсыпаю землю под семядольные листочки. Через 1,5–2 недели сеянцу становится тесно, и я аккуратно пересаживаю его в 0,5 л стакан. Перед пересадкой семядольные листочки лучше прищипнуть, дать ранкам подсохнуть и, сажая, максимально заглубить растение. До высадки в грунт оно успеет развить дополнительные корни.

В грунт тыкву я высаживаю, ориентируясь не на срок выращивания, как обычно советуют, а на погоду и состояние самого растения. Не знаю, что важнее. Даже если установилась подходящая погода, но сеянец не готов, с высадкой не тороплюсь. Для меня показателем готовности служит состояние его корневой системы – она должна основательно оплести грунт в стакане. Почему это важно? Если сеянец не успел освоить весь объем, земля с корней частично осыплется и увлечет за собой мелкие корешки. Этого допускать нельзя, лучше подождать день–другой или даже передержать рассаду, она очень быстро наверстает упущенное время.

Как все представители семейства тыква опыляется насекомыми, а вот с ними последнее время беда. Для привлечения их я раз в неделю, иногда – чаще, опрыскиваю тыквы, а заодно и кабачки, цуккини, огурцы раствором старого варенья или ополаскиваю банки из-под меда. Делаю это без особых затей: выливаю жидкость в ведро, опускаю веник и стряхиваю на кусты. Проходят считанные минуты, и – гости на пороге. Меня всегда интересует вопрос, как и откуда им удается так быстро появиться, а – главное, чего же раньше, без варенья не прилетали?

Очень важная тема – болезни тыквы. Я лично за ней особых проблем не замечала. Пока на тыквах не появятся цветы, а точнее бутоны, я раскладываю под листьями на поверхности почвы пасынки и оборванные листья томатов, чесночные побеги. За забором у нас растет уже который год одичавший чеснок. Когда-то я выбросила воздушные бульбочки, они проросли, и давать плодиться. Сколько не рвем, чеснок не переводится. Иногда эту зелень я заливаю водой, а потом и жидкость, и зелень выливаю под тыквы (заодно под кабачки). Но как только тыквы приготовятся цвести, помидорно-чесночную ядовитость заменяю медовой сладостью.

Кроме того, у нас весь сад сплошь покрыт перепревшим конским навозом, сначала ставилась цель замульчировать посадки. Но стала замечать, что конский навоз еще и прекрасная профилактика болезней. Очень неплохо посыпать землю вокруг кустов древесной золой. В любом случае химические средства мы не используем.

Собирают тыкву по погоде и по готовности. О готовности плода, как у арбуза, говорит сухая плодоножка. После того как тыква срезана, ее полезно несколько дней поддержать на солнце и только после этого убирать на хранения. А хранить тыкву можно дома, в квартирах, а вот положительные, но низкие температуры долгому хранению не способствуют.

О том, что тыква полезна, знают все. Ее польза обусловлена химическим составом овоща. Помимо аскорбиновой кислоты, витаминов группы В, А, D, Е, F, РР в ней присутствует редкий в овощах витамин Т. Он помогает лучше усваивать пищу, влияет на показатели крови. Еще один редкий витамин – К участвует в синтезе белка. А макро- и микроэлементы, сахара, пектины, всего не перечислишь. Белок, которого в тыкве хотя и немного, всего 1 г на 100 г мякоти, но ценен тем, что содержит все 8 незаменимых аминокислот, т.е. такие, которые человек сам синтезировать не может и должен получать извне. Для сравнения – домашний творог содержит только три из них.
Я не буду останавливаться на вопросах профилактики и лечения разных заболеваний тыквой, т.к. не являюсь специалистом в этом вопросе. Ясно одно, тыква – уникальный продукт, который в состоянии улучшить качество жизни человека.

И под конец, еще один животрепещущий вопрос. Вырастили тыкву, а что с ней делать, как умело использовать, получить и пользу и приятность?
Было время, когда рынок семян разнообразием особо не отличался, и тыквы не были исключением. Мы выращивали сорт Серая волжская крупноплодной тыквы. Всем был сорт хорош, скороспелый, устойчивый, с вкусной прекрасной мякотью, но вес – 5–6 кг, а то и больше. Все что я умела в то время – это наварить рисовой или пшенной каши с тыквой, ну еще оладушки сделать. На этом фантазия и умение заканчивались. Но ведь для этого 5 кг многовато. Ходила к соседям, угощала их, благо жили мы тогда в военном городке, хоть и рядом с Москвой, но обычаи там были простые и бесхитростные. Случилось что-то лишнее, почему бы, не угостить, не выбрасывать же, такое и в голову никому не приходило. Потом мы стали жить в Москве, и отношения с соседями такими же немудреными уже не получались. Предлагаешь кусок тыквы, красивый, свеженький, а на тебя смотрят как на чудо расчудесное. Стала подгадывать утилизацию тыквы к приезду гостей, получалось не всегда, одним словом – канитель и морока.

И тогда я стала искать свою совершенную тыкву, чтобы было все то же, что у Волжской, но размерчик поскромнее. И представьте себе – нашла, ей оказалась тыква Крошка, о ней я писала. Такая же уплощенная, дымчато-зеленовато-серая, с яркой, красивой мякотью и небольшая. А уж сколько в ней каротина можно по рукам судить – утром разрежешь, только к вечеру оранжевый цвет сходит (не подумайте, что я руки редко мою). С этим сортом мы до сих пор не расстаемся.

Мои взгляды на сорта с тех пор существенно изменились. На первое место я ставлю вкусовые качества. А размер? Главное, чтобы можно было без потерь для здоровья донести тыкву от грядки до дома. Но мои суждения стали такими потому, что я, во-первых, научилась готовить из тыквы не только кашу, но и супы, вторые блюда, выпечку, хлеб, десерты. Во-вторых, толково обхожусь с не использованной частью. 
Разрезая большую тыкву, стараюсь подгадать приготовление нескольких блюд с ее участием. Кашу делаю почти всегда, мы это любим, обязательно тыквенный суп, уважаю, сладкую выпечку, могу и хлеб испечь. Не буду много всего перечислять, просто в ближайшие дни начну выкладывать любимые и апробированные рецепты.
С оставшейся не у дел частью поступаю так: разрезаю ее на относительно крупные, грамм по 250–300 куски, мельчить не надо, и шкуркой вниз укладываю в форму для запекания или на противень. Смазывать ничего не нужно. Закрываю фольгой, но не плотно, скорее просто прикрываю, чтобы тыква не обгорала, и отправляю в предварительно разогретую до 160 гр. духовку на 25–35 мин. Мускатные тыквы имеют более плотную мякоть с большим содержанием сухих веществ, поэтому для размягчения им требуется минут на 10 больше. Затем духовку выключаю, дверку чуть приоткрываю и забываю о тыкве на некоторое время. Можно до следующего дня, с ней ничего не случиться.
Остывшую тыкву достаю из духовки и столовой ложкой снимаю мякоть с кожуры в сито, протираю толкушкой и получается отличное тыквенное пюре – оно же великолепная заготовка. Раскладываю порциями, обязательно помечаю вес и убираю в морозильник. У меня есть любимые рецепты, которые повторяю довольно часто и уже знаю, сколько пюре требуется. Вот такую порцию и делаю.

Автор Наталия Кузнецова


среда, 11 марта 2015 г.

ОРГАНИЧЕСКОЕ ВЕЩЕСТВО И ПОЧВЕННОЕ ПЛОДОРОДИЕ

Тарханов О.В., кандидат технических наук, академик Международной Инженерной Академии, научный руководитель межведомственной лаборатории УГАТУ,  директор и главный конструктор Башкирского научно-инженерного центра по технологии переработки органики, e-mail: gelo-t@yandex.ru


ORGANIC MATTER AND SOIL FERTILITI

Tarkhanov O.V., Cand.Tech.Sci., the academician of the International Engineering Academy, the supervisor of studies of interdepartmental laboratory UGATU, director and the main designer of the Bashkir centre of science-engineering on technology of processing of organic chemistry, e-mail: gelo-t@yandex.ru

Аннотация

 

В статье на основе анализа сведений  о развитии представлений об органическом веществе  показано, что в основе механизма  питания растений лежат многообразные  процессы синтеза  различных видов организмов и взаимодействия этих организмов с минеральным и мертвым органическим веществом при участии энергии солнца.

Ключевые слова: вещество, организмы,  взаимодействие, питание растений


The summary

In article on the basis of analysis of information about the development of ideas about the organic matter it is shown that the mechanism of power plants are diverse processes of synthesis of different types of organisms and the interaction of these organisms with mineral and dead organic matter, with the participation of solar energy.
Keywords: matter, organisms, interaction, plants nutrition

Все большее количество представителей всех классов нашего общества начинают понимать, что в основе кризиса производства пищевой продукции лежат какие-то причины. К сожалению, распознаванию этих причин мешает, прежде всего, многообразие суждений, количество которых даже в научной среде пропорционально количеству граждан, задумывающихся о сути причин, которые надо преодолеть. Однако, несмотря на повторяемость кризисов в производстве пищи, эти кризисы в последние сто лет в  нашем государстве заканчивались не выявлением причин, а  сменой общественного строя [1].
В то же время, как следует из самого факта возникновения кризиса, независимо от формы общественного строя, можно предположить, что причины кризиса производства пищи связаны с практикой ведения сельского хозяйства. В свою очередь, практика ведения современного сельского хозяйства, с одной стороны, связана с обобщением прежнего опыта ведения аграрного производства, и, с другой стороны, с применением нового знания, вырабатываемого человечеством благодаря деятельности ученых. Стало быть, наступление очередного кризиса в производстве пищи свидетельствует о том, что ни обобщение практики, ни следование новым научным рекомендациям не помогает достижению стабильности в производстве пищи. При этом вполне ясно, что и за рубежом наблюдаются те же самые явления. Об этом свидетельствует, во-первых,  факт оказания фермерам высокоразвитых западных капиталистических государств финансовой помощи, размер которой, в расчете на один гектар,  превосходит  стоимость пищи, производимой на одном гектаре российскими фермерами. Другими словами, получай российские фермеры подобную помощь от государства российского, у них  не было бы никакой надобности производить собственную продукцию. Во-вторых, известно, что в мире насчитывается более миллиарда голодных, из которых на долю России приходится их ничтожное количество. В-третьих, в зарубежном земледелии уже более двадцати лет вместо нормальных (традиционных) растений  были вынуждены выращивать  генномодифицированные растения.  Однако  этот вариант растениеводства не привел к решению проблемы голода и вызвал у людей  неизвестные ранее заболевания [2].
Вместе с тем известно, что в природе, будь то лес или нетронутая степь, продуцирование почвой растительной пищи для диких животных происходит с завидным постоянством и без всяких затрат со стороны человечества на поддержание процессов в дикой природе. Стало быть, возникает естественный вопрос о том, что было сделано человечеством в направлении обобщения практики ведения сельского хозяйства и  изучения природных явлений, лежащих в основе аграрной деятельности.
Оказалось, что наибольшее внимание человечество уделяло собиранию сведений о рекомендациях по ведению земледелия. Такие сведения  во все времена весьма высоко ценились чиновниками и управленческими (государственными) органами.
Так, после разгрома римлянами Карфагена наибольшим уважением римских политических деятелей пользовался трактат древнего карфагенского агронома Магона [3].
Сопоставление способов ведения сельского хозяйства древности и современности позволяет  прийти к выводу о том, что за последние две тысячи лет основные приемы ведения земледелия практически не изменились. Как в древнем римском мире, так и сегодня, почву перед высадкой растений подвергают механической обработке. Для снижения влияния болезней растений в земледелии используют севооборот. Как в древности, так и сегодня принято возмещать почве минеральные питательные вещества, пошедшие на формирование урожая, с помощью минеральных веществ из сторонних источников. Почвенное плодородие ранее и сегодня пытаются воспроизводить с помощью компостов и сидератов. Все пять перечисленных приемов в природе отсутствуют [4, 5].
Однако, уменьшение продуктивности земледелия при очевидном росте издержек к концу очередного исторического отрезка после смены экономической формации,  приводит человеческое сообщество к необходимости   поиска рационального ведения сельского хозяйства. В средние века этот путь привел к необходимости  изучения природных явлений, лежащих в основе жизни растений.
Однако исследования, проведенные учеными за последние пятьсот лет, не привели к существенным изменениям в способах ведения земледелия. Его практические способы лишь  дополнились  выращиванием генномодифицированных растений и применением на полях  различных искусственных веществ (гербицидов, фунгицидов, пестицидов и инсектицидов) для уничтожения сорных растений, борьбы с  болезнетворными для растений микроорганизмами и опасными для растений насекомыми. К сожалению, выдающиеся открытия ученых в биологии и почвоведении  вплоть до сегодняшнего дня не привели к устойчивому ведению сельского хозяйства. Стало быть, количество исследований и открытий в аграрных науках  еще не достигло того уровня, который мог бы обеспечить качественное изменение знаний для достижения стабильного производства пищи. Однако возможность такого достижения основана на том факте, что после социальных потрясений в виде изменения экономического строя или многолетних войн между различными цивилизациями и государствами, количество производимой на очередном новом этапе пищи с одного гектара  неизменно повышалось до некоторого максимума. В свою очередь,  последующее снижение количества производимой пищи, приходящегося на один гектар, и издержки в очередной раз  стимулировали начало дополнительных исследований, связанных с растениями и почвой.
Необходимо отметить, что начиная с исследований почвы немецким ученым Тэером
(исследования опубликованы в  1816 году в сочинении «История моего хозяйства»)  [6]
в аграрных науках постепенно закрепляется понятие о гумусе (перегное), как веществе, определяющем почвенное плодородие.  Так, в «Большой Советской Энциклопедии» пишется: «…Гуминовые кислоты  основная часть органического вещества почвы (гумуса), которая обусловливает ее плодородие» [7].
Однако другой немецкий ученый Либих писал: «Откуда берется в почве самый перегной? – спрашивал он. – Перегной есть продукт разложения в почве растительных остатков. Стало быть, сначала должны были появиться растения, а затем уже перегной. Как же могли существовать без перегноя первые растения? Очевидно, они черпали свой запас углерода из углекислоты воздуха так, как это доказано наукой и в отношении современных растений, причем же тут перегнои почвы? Должно быть ясным, – говорил Либих, – что перегной не является необходимой частью питания растений» [8]. В принципе, одного этого суждения Либиха вполне достаточно для вывода об ошибочности принятого в науке положения о том, что гумус является основой плодородия. Стало быть, вопрос о сути плодородия на 1975 г.  [7]  оставался открытым.
В приведенном суждении Либиха важным звеном является его интуитивный диалектический подход, выразившийся во введении сложной категории «первые растения». Однако выводы Либиха о необходимости внесений в почву минеральных веществ подверг критике выдающийся его современник Буссенго.
В опытах без солей азота Буссенго установил, что азот воздуха не усваивается растениями [8]. Своими опытами Буссенго опроверг не только гумусовую гипотезу («теорию») Тэера, но и, одновременно, подправил Либиха. Так, Буссенго писал: «Если бы Либих был прав, то какими жалкими глупцами представлялись бы все мы, земледельцы. Зачем вывозим мы длинные вереницы возов навоза, затрачивая на это силы рабочих и лошадей, когда можно было бы воспользоваться этим навозом, этою соломой как топливом и небольшую кучку золы вывезти в поле на ручной тачке? Но спросим растение, согласно ли оно с мнением Либиха, вывезем в одно поле навоз, а в другое его золу. Ответ растения будет не в пользу гениального химика. Растение ответит, что оно нуждается и в азоте навоза, а не в одной его золе» [9].
К сожалению, в исследованиях ученых 19 века не было получено ответов на  весьма важное замечание Буссенго, и мировое земледелие  пошло по пути применения минеральных искусственных удобрений для повышения отдачи земли. Однако этот усовершенствованный прием древних агрономов не удержал мир от возникновения двух мировых войн (28 июля 1914 — 11 ноября 1918; 1 сентября 1939 — 2 сентября 1945) за жизненное пространство и пищу.
В течении первых десяти лет после окончания Второй мировой войны в аграрных науках придерживались минеральной теории питания растений. Но к началу пятидесятых годов двадцатого века в СССР были проведены опыты, результаты которых были необъяснимы с позиций классической агрохимии. В этих опытах, проведенных в опытном хозяйстве «Горки Ленинские», впервые в мире были испытаны новые виды удобрений – органо-минеральные смеси. Удобрения были получены на основе смешения навоза с фосфорными удобрениями. В своей статье директор этого  хозяйства Ф.В. Каллистратов писал: "…действие суперфосфата в смеси с органическими удобрениями возрастает в 3,5 раза, а на почвах с низким плодородием –  в 8 – 10 раз ... Можно заменить суперфосфат фосфоритной мукой и это, тем не менее, не снижает эффективности органо-минеральных смесей" [10].
Опираясь на результаты проведенных Ф.В. Каллистратовым опытов Президент ВАСХНИЛ Т.Д. Лысенко в 1955 г. подверг сомнению концепцию химического питания растений: «Вопрос о почвенном питании растений, а отсюда и о применении удобрений,  до сих пор мало разработан в науке, однако многим научным работникам –  растениеводам и агротехникам, а также агрохимикам и биохимикам – кажется, что в области питания растений все выяснено до конца. Но я думаю, что если деятелям науки не ясно, чего они еще не знают в разделе своей работы, то это признак того, что и то что они знают, не раскрывает существа процессов, имеющих место в разбираемом явлении» [11, С.15]. И далее: «В самом деле, ведь в агрономической биологии до сих пор нет биологической концепции питания растений. В агрономической науке чисто химическая концепция  питания растений принимается за биологическую. Согласно химической         концепции, процесс почвенного питания  заключается в том, что в корни растений поступают в определенной пропорции необходимые для растений анионы и катионы неорганических водорастворимых  солей. Таким образом, биологический процесс питания растений до сих пор в агрономической науке рассматривается только с химической стороны» [11, С.15].
Далее Президент ВАСХНИЛ пишет: «Без жизнедеятельности соответствующих почвенных микроорганизмов в почве нет и нужной для растений пищи. Следовательно, без нормальной жизнедеятельности соответствующих  микроорганизмов почва становится для растений бесплодным субстратом. ...Жизнедеятельность почвенных микроорганизмов в их взаимосвязи, как между собой, так и с корневой системой растений, выполняет в почвенном питании растений ту же функцию, что и жизненная система животных организмов»  [11, С.18].
Однако приведенные суждения Т.Д. Лысенко о необходимости замены химической концепции питания растений на биологическую концепцию не получили должного развития. Советские последователи Либиха в лице многочисленных учеников агрохимика Д.Н. Прянишникова поставили под сомнение чистоту опытов Ф.В. Каллистратова. В результате были предложены проверочные опыты. Об их сущности пишет известный антисоветский диссидент В.Н. Сойфер: «Схему проверочных опытов разработали во Всесоюзном НИИ удобрений, агротехники и агропочвоведения, где работало много учеников Прянишникова. Схема была составлена грамотно, четко регламентировала условия постановки проверочных экспериментов».  При этом, как пишет В.Н. Сойфер, для приготовления смесей был использован перегной [12].
Результаты проверочных опытов смесей перегноя с фосфорными удобрениями, проведенными сельскохозяйственными институтами СССР не выявили никаких преимуществ этих смесей перед простым внесением фосфорных удобрений.
Такая, на первый взгляд, объективная, проверка поставила под сомнение результаты опытов Ф.В. Каллистратова. Вместе с этим, была высмеяно и предположение Т.Д Лысенко о неверности химической концепции питания растений. После такого поворота событий судьба Т.Д. Лысенко была предрешена. Его авторитет перед руководством СССР был сведен до нуля. В результате Т.Д. Лысенко был отстранен от должности Президента ВАСХНИЛ, что не могло не сказаться и на забвении его идей о биологической концепции питания растений, и на развитии аграрных наук в целом, и на судьбе могучего советского государства.
Агрохимическое направление теории и практики земледелия получило гигантский импульс. Его величина определилась афоризмом Н.С. Хрущева о том, что «Коммунизм – это есть Советская власть плюс электрификация всей страны и химизация народного хозяйства». С этого момента началась тотальная подготовка специалистов в СССР, как специалистов по переводу сельского хозяйства на агрохимическую основу.
Но исследовательская жизнь не стояла на месте.
В 1966 г. в Казахстане были проведены опыты, которые могли привести к возбуждению интереса к умозаключениям Т.Д. Лысенко и опытам Ф.В. Каллистратова. Так,  член-корреспондент АН СССР, директор института биологии АН КазССР А.Н. Илялетдинов писал: «Мы повторили опыт А.С. Тулина …В результате исследований выяснилось, что компостирование фосфоритной муки со свежим навозом способствует увеличению количества воднорастворимых фосфатов, а смешение с разложившимся навозом почти не вносит изменений в содержание легкоусвояемой фосфорной кислоты в компосте» [13, С.107].
Из приведенных сведений следует, что «поведение» фосфоритной муки весьма однозначно определяется состоянием навоза. В смесях с перегноем, как это было в проверочных опытах агрохимиков, фосфоритная мука инертна. В смесях же со свежим навозом в этой смеси появляются воднорастворимые фосфаты.
Но из этого вполне ясного опыта следует, что опровержение результатов испытаний Ф.В. Каллистратова опытами агрохимиков было некорректным. Действительно, в опытном хозяйстве «Горки Ленинские» были конюшня и небольшой птичник [14]. Как известно, конский навоз и птичий помет при их получении от небольшого количества животных не успевает разложиться до перегноя даже за большой срок хранения. Следовательно, у Ф.В. Каллистратова в смесях  фосфоритной муки и навоза содержалось большое количество свежих форм навоза.
При таких обстоятельствах, что следует  из исследований А.Н. Илялетдинова, проверочные опыты агрохимиков со смесями перегноя, а в нем нет свежих форм навоза, никак не опровергают результатов опыта Ф.В. Каллистратова. Стало быть, суждение Т.Д. Лысенко о необходимости замены химической концепции питания растений на биологическую концепцию относится к выдающимся  умозаключениям, не воспринятым  его современниками. Как будет показано ниже, это явилось следствием глубоких заблуждений сторонников учения Либиха, сводящих полезность навоза к получению из него компоста. Компост же, как хорошо изучено наукой, содержит лишь перегной. И именно перегной  в аграрных науках со времен Тэера идентифицируется с гумусом [15].
В описанных исследованиях от времен Буссенго и до 1966 г. в науках, связанных с аграрным производством, в основном использовались такие понятия, как гумус, минеральные питательные вещества, почвенное плодородие, навоз. Попытка Т.Д. Лысенко ввести в этот оборот микробов почвы и концепцию биологического питания растений потерпела неудачу. Это несколько остановило развитие представлений о происходящих в почве процессах. Однако к 1976 г. в земледелии был совершен существенный прорыв в его осмыслении и понимании его правильного ведения.
Действительно, в 1976 г. в Тимирязевской сельскохозяйственной академии по результатам многолетних наблюдений была защищена докторская диссертация под характерным названием  «Органическое вещество и плодородие дерново-подзолистых почв в условиях интенсивного земледелия» [16]. В реферате диссертации изложено:   «Возникновение почвы, ее формирование и развитие естественного плодородия   находятся  в причинной связи с многообразием  и воздействием   на материнскую породу органического вещества, единственного источника химически связанной энергии для поддержания важнейших процессов и превращений, свойственных почве» [16, С.1].
Из приведенного выражения строго следует, что понимание автором категории «естественное плодородие» существенно отличается от принятого на тот момент в науках о почве. Действительно, под естественным плодородием почв на начало восьмидесятых годов понималось: «Потенциальное (естественное)  почвенное плодородие определяется общим запасом в почве питательных веществ, влаги, а также другими условиями жизни растений» [17] .Т.о. исследовательская работа автора, начатая в 1961 г. [18, 19] позволяла ему к 1976 г. трактовать почвенное плодородие как категорию, формирующуюся в почве под воздействием органического вещества почвы, а не некими «условиями жизни растений».
Об особой роли органического вещества в земледелии свидетельствуют слова: «Окончательное решение проблемы органического вещества почвы в интенсивном земледелии сдерживается также существующим разделением ее между отдельными науками, причем агрономической части проблемы, как правило, уделяется  меньше внимания, что ни в коей мере не соответствует ее особому практическому значению.
Отсутствие единой земледельческой оценки роли органического вещества почвы в интенсивном земледелии не способствует твердой агрономической политике в отношении важнейшего производственного вопроса» [16, С. 1].
Таким образом, соискатель докторской степени, с одной стороны, выступает как теоретик, увидевший  причины недооценки роли органического вещества для интенсивного земледелия, а с другой стороны, как экспериментатор, поставивший перед собой цель уяснения этой роли в практических вопросах для формирования агрономической политики, как практического инструмента ведения земледелия.
В результате автор получает весьма интересные результаты прикладного значения:
1. «Органические удобрения (навоз, солома, торф и др.) оказывают положительное действие па биологическую  активность почвы, нейтрализуя отрицательное влияние, на микроорганизмы  высоких доз NРК. Стабильность биологических процессов, по нашим данным, является одним из условий высокой производительности почвы при интенсивном применении минеральных удобрении» [16, C.11],
2. «Полное минеральное удобрение, как правило,  оказывало одинаковое влияние на урожай овса в сосудах с  почвой контрольной делянки и делянки, удобряемой в течение 60 лет исключительно минеральными удобрениями; в сосудах с унавоженной почвой  бессменного овса урожай был примерно в полтора раза выше» [16, C.13].
КОММЕНТАРИЙ. Это наблюдение имело весьма важное значение с точки зрения последующего выявления сущности роли ОРГАНИЧЕСКОГО ВЕЩЕСТВА ИМЕННО ФЕКАЛИЙ в почвенных процессах. Но мимо него прошли  биологи почвоведы, так как занимались почвенными процессами в отрыве от фекалий животных. Самому же автору, как исследователю земледелия, было достаточно внешнего эффекта от применения навоза.
3. «Так, средние урожаи  озимой ржи и картофеля в экстремальные пo погодным условиям годы всегда выше  на вариантах  с внесением органических удобрений. Снижение урожаев нa  унавоженных  делянках в экстремальные  годы пo отношению к урожаям за весь период опыта заметно меньше. Средний урожай бессменной ржи   в экстремальные годы на варианте «NPK» составил 77%  от урожая за весь период опыта, а  на варианте с внесением навоза –  83%. Аналогичные данные по бессменному картофелю 68 и 80% соответственно. Более гумусированные почвы, следовательно, способны лучше противостоять погодным условиям в смысле обеспечения растений необходимыми условиями жизни» [16, С.15].
4. «Минеральные удобрения при дозе N120Р160К120 в среднем обеспечили увеличение урожаев картофеля в полтора раза. По сравнению с вариантом без органических удобрений только внесение зеленой массы люцерны способствовало росту урожая на 14%. Солома, торф и опилки при данной дозе NРК вызвали снижение урожая картофеля» [С. 22].
5. «Возделывание однолетних растений бессменно или в севообороте без применения удобрений на дерново-подзолистой  почве разного механического  состава приводит к постепенному уменьшению запасов органического вещества  почвы (табл. 12)» [16, С. 24 -25].
6. «Зерновая культура сплошного сева (озимые рожь и пшеница) три умеренном  потреблении элементов питания и невысокой интенсивности обработки в длительных опытах ТСХА  и в «Щапово» обусловила примерно равную убыль органического вещества почвы (0,4—0,3% валового запаса ежегодно).  Картофель как культура интенсивного типа по воздействию на органическое вещество почвы резко отличался от зерновых».  
 Потери органического вещества из почвы под ним оказались в 2—4 раза больше, причем на среднем суглинке учхоза «Щапово» они были примерно в 2 раза выше, чем на легкосуглинистой  почве длительного опыта ТСХА. Объясняется это  более высокими урожаями картофеля в «Щапово» [16, С.25 – 26].
 7. «При сравнении количества питательных элементов, поступающих в почву с растительными остатками, с выносом элементов с хозяйственной частью урожая по мере увеличения последнего можно видеть общую тенденцию опережения выноса элементов с поля относительно к количествам, которые  возвращаются в почву с  корневыми и пожнивными остатками (табл. 14). Вынос азота, фосфора и калия с хозяйственным урожаем для зерновых культур в 3—6 раз превышает количество этих элементов, остающихся в почве в форме растительных остатков. При внесении полного минерального удобрения, а также навоза и навоза совместно с NPK величина отношения не только не уменьшается, а заметно возрастает» [16, С. 28].
8. «Учитывая, что структура посевных площадей не может быть значительно изменена в ближайшей и более отдалённой перспективе, важнейшее значение в регулировании органического фонда интенсивно используемой дерново-подзолистой почвы будет иметь возрастающее применение всех видов органических удобрений. Производство и применение органических удобрений в зоне Х пятилетки возрастет в 1,5—2,0 раза и составит около 10 т на гектар пашни.
Начиная с 1980 года, предполагается прекратить использование соломы па корм скоту. В результате в Нечерноземной зоне может быть выделено на удобрение около 25 млн. тонн соломы, что в расчете на углерод составит около 30% от количества углерода, который будет внесен в почву с навозом [16, С.40].
КОММЕНТАРИЙ. 8.1. Первая часть прогноза продиктована скорее необходимостью увеличения внесения органических удобрений на каждый гектар пашни, чем имевшейся возможностью с учетом обстоятельств. На практике же ежегодное внесение на каждый гектар пашни ограничивалось и ограничивается в настоящее время требованиями обеззараживания навоза и условиями выращивания растений. Так, компосты за период их приготовления теряют большую часть органического вещества. А по условиям внесения на поля, компосты могли быть внесены только на паровые поля или в незначительных количествах в предпосевной и послеуборочный периоды.
8.2. При кормлении животных соломой ее большая часть из-за низкой питательной ценности переходила в навоз. Поэтому сокращение расхода соломы на кормление не могло привести к увеличению количества вносимого в почву органического вещества в пересчете на углерод.
Кроме того, как заметил сам автор (см. п. 4) внесение соломы не приводило к улучшению плодородия на фоне NPK.
9. «Другим резервом улучшения гумусового баланса в интенсивном земледелии является полный отказ от чистых паров, а также возделывание в севообороте промежуточных культур. В перспективе возможно доведение доли промежуточных культур в севооборотах зоны до 20%, что может обеспечить поступление в почву в расчете на всю площадь севооборота примерно 1 тонны растительных остатков (сухое вещество). Предпочтительнее полное использование промежуточных культур на удобрение» [16, с.40].
10. «Корневые и пожнивные остатки растений в интенсивном земледелии являются важной приходной статьей баланса органического вещества почвы. Особую ценность в севооборотах Нечерноземной зоны представляет возделывание клевера и клеверно-злаковых травосмесей, обогащающих почву органическим веществом высокой биологической ценности. Тем не менее, ориентация на растительные остатки как единственное средство регулирования гумусового баланса дерново-подзолистой почвы в севообороте теоретически не обоснована. Экспериментально установлено, что по мере роста урожаев в интенсивном земледелии количество растительных остатков хотя и  возрастает абсолютно, но заметно снижается на единицу урожая. Эта закономерность характерна не только для однолетних, пропашных, зерновых и зернобобовых культур, но и для  многолетних бобовых» [16, С. 42].
11. «С учетом более полного использования органических  удобрений и промежуточных культур положительный баланс  углерода в земледелии Нечерноземной зоны РСФСР в Х пятилетке может быть доведен до 4—5 ц/га. Последнее позволит увеличить за пятилетку содержание гумуса в пахотном слое почв зоны на 0,06—0,07,% С. В результате за счет прямого действия органических удобрений, лучшего использования минеральных удобрений и снижения затрат на обработку почвы чистый доход составит 2,4—2,5 млрд. руб. (при уровне рентабельности приемов регулирования гумусового баланса 350—360 %»   [16, С. 44].
Из приведенных умозаключений автора следует, что с точки зрения общих подходов к земледелию следует признать, что выводы автора являлись на 1976 год  существенным продвижением в осмыслении роли органического вещества не только в земледелии, но и в понимании общеприродных процессов. При этом применительно к земледелию именно автором обращено внимание на положительное влияние на интегральные характеристики почвенного плодородия органического вещества именно навоза (рост активности микрофлоры, рост урожайности при улучшении физических свойств почвы). Сделать следующий шаг в разделении гумуса и органического вещества фекалий животных автору помешали, как представляется, два обстоятельства. Во-первых, автор не занимался узкими вопросами почвенного плодородия, а, во-вторых, привязка к гумусу и к теории и практике  минерального питания растений была доминирующей  в то время в аграрных науках.
Учитывая изложенные обстоятельства можно полагать, что отношение к навозу в восьмидесятые годы было направлено на сокращение сроков подготовки навоза к использованию. Действительно, приготовление навоза по способам простого компостирования в штабелях и буртах затягивалось до одного года [15]. Это приводило к существенной потере азота в виде аммиака. При этом атмосферные осадки обусловливали  вымывание из компостных куч растворимых солей калия и фосфора. Вследствие этого в сельском хозяйстве пошли по пути замены технологии простого компостирования на компостирование ускоренное [20]. Одно только сокращение сроков компостирование до двадцати и более раз позволяло надеяться на увеличение количества удобряемой пашни. Но не все так однозначно. Как при простом, так и при ускоренном компостировании теряется большое количество органического вещества, находившегося к началу компостирования в свежем навозе. В результате в компосте практически не остается исходных форм органического вещества. Но поскольку в биологии и в целом в аграрных науках ценным для плодородия считался гумус, то на  потери исходного органического вещества навоза при компостировании не обращали должного внимания.
Весьма важной вехой в развитии взглядов на механизм почвенного плодородия явились опыты, проведенные в сельскохозяйственной  академии им. Тимирязева в начале восьмидесятых годов [21, 22]. В вегетационных опытах  с ячменем в одном из двух сосудов  из почвы тщательно были убраны растительные остатки,  а в другом они были оставлены.  Биомасса растений в сосуде с убранными растительными остатками значительно уступала биомассе растений в другом сосуде. Один из авторов опыта пишет: «Возникший при этом отрицательный эффект не удавалось устранить ни соответствующими дозами минеральных удобрений, ни увеличением содержания в почве собственно гумусовых веществ. Эти и аналогичные результаты дают основания рассматривать растительные остатки и весь комплекс процессов, связанных с их превращением, как важное условие формирования почвенного плодородия не только в естественных, но и в агрономических ценозах» [22, С. 92].
Не трудно убедиться, что  результаты  вегетационных опытов с растительными остатками и гумусовыми веществами вполне убедительно свидетельствовали о том, что гумус не является веществом, определяющим почвенное плодородие.
В целом из результатов агрономических опытов А.М Лыкова и вегетационных опытов И.Ю. Мишиной и А.Д. Фокина следовало, что уровень естественного почвенного плодородия определяется как неким органическим веществом на унавоженных делянках, так и органическим веществом растительных остатков. Оба  феномена закрепляли за советскими учеными приоритет по  исследованию роли разных форм органического  вещества в формировании представлений о естественном почвенном плодородии.                                                 
В 1984 г. в тепличном хозяйстве совхоза «Уфимский» были испытаны новые органо-минеральные удобрения ОМУ, полученные из свежего навоза. ОМУ были получены в виде гранул путем дезинфекции,  сушки и гранулирования веществ, содержащихся в свежем навозе. Основу ОМУ составляло органическое вещество свежего навоза. 
ОМУ вносилось один раз на весь срок вегетации тепличных культур.
В таблице 1 приведены данные по содержанию питательных веществ (в мг)  в почве.

                                                                                                                              Таблица 1                              
сутки
N
P205
К20
Са
Mg
5
9
18
65
40
12
12
17
14
64
44
13
19
13
11
66
48
14
31
20
15
65
61
24
23
19
14
58
-
-
53
35
17
65
74
22

Как следует из полученных данных в почве с ОМУ уровень питательных веществ оставался практически неизменным на протяжении 53 дней.  В то же время на производственных площадях теплицы, где в качестве удобрений использовалось сложное минеральное удобрение «Кристаллин», приходилось каждые две недели вносить новые дозы минеральных удобрений. Мало того, выращенный  на ОМУ урожай огурцов был выше, а сами огурцы были вкуснее и по внешнему виду привлекательнее огурцов, выращенных на «Кристаллине».
Но  в удобрении ОМУ  питательных веществ  было недостаточно для их появления в почве в указанном количестве. Кроме того,  ОМУ состояло из свежих форм органического вещества навоза.
В последующем, многолетние испытания больших партий ОМУ в севооборотах в открытом грунте, выращивании саженцев и ягод   позволило убедиться в повторяемой закономерности поведения ОМУ [23, 24].
Нетрудно заметить, что результаты всех трех серий опытов указывают на необъяснимое поведение различных форм органического вещества с позиций принятых в аграрных науках положений.  Изучение сведений из микробиологии и почвоведения позволило объяснить не только результаты описанных опытов, но и построить новую концепцию  питания растений и почвенного плодородия [25, 26].
Новые  представления  полностью опираются на открытия и наблюдения  российских и советских ученых в области микробиологии, физиологии растений, почвоведения и экологии.
Так, еще в  конце девятнадцатого века российский ученый С.Н. Виноградский открыл явление хемосинтеза и свободно живущих в почве азотфиксаторов. Его открытия позволяют понять, как в почве появлялись и появляются азот воздуха и органическое вещество, синтезируемое хемосинтезирующими бактериями из углекислого газа.
Их этих открытий следовало, что первой на Земле формой органического вещества являлось вещество хемосинтезирующих и азотфиксирующих микробов. И именно эта форма органического вещества в виде живых существ позволяла переводить углекислый газ и азот из атмосферы в почвенный раствор. В рамках биохимических представлений это обозначает, что именно эта форма органического вещества обуславливала появление в почве солей азотной и угольной кислот в формах, доступных для растений.
 Исследованиями российского ученого С.А. Северина (1911 г.) и интернационального сообщества ученых в почве было обнаружено множество микроорганизмов, которые обладали свойством мобилизации. Эта особенность микробов заключалась в их способности переводить нерастворимые в воде вещества минералов почвы  в усвояемые для растений формы минеральных солей [13].
Стало быть, задолго до растений в почве появились микроорганизмы, способные к мобилизации азота воздуха и минеральных веществ из материнской породы почвы. Это предварило появление растений, возникновение которых явилось усовершенствованием природы жизни  микроорганизмов.
Вслед за растениями появились многочисленные животные, пищей для которых служили тела и плоды растений.
Стало быть, вслед за формой органического вещества в виде тел микроорганизмов появилась растительная и животная форма органического вещества.
Все три формы органического вещества проходят две стадии – стадию жизни и стадию смерти. При этом вполне ясно, что на стадии смерти накопление мертвого органического вещества не могло сулить жизни на земле ничего хорошего. Но так уж было устроено природой, что параллельно с генерирующими «первобытными» бактериями в почве возникло сообщество утилизаторов мертвого  органического вещества.
Вместе с тем, животные организмы нуждаются в большом количестве растительной пищи. Для выращивания необходимого  количества растений одной деятельности «первобытных»  бактерий было бы недостаточно.  Природа решила и эту задачу. Из жизни домашних животных известно, что любое животное потребляет пищи за год массой, превосходящей массу его тела в десятки раз. Продукции же при этом в виде мяса организм животного производит в десятки раз меньше. Стало быть,  большая часть кормов куда-то и с какой-то  целесообразностью девается.  Известно, что масса кормов в основном  переходит в фекалии [27]. В чем же целесообразность фекалий? Главное лежит на поверхности – для возврата питательных веществ в почву. Но не только. Ведь само по себе громадное количество фекалий не является простым множеством минеральных веществ. Эта масса фекалий должна быть доведена до исходных простых веществ. На помощь этому процессу природа «придумала» сообщество почвенных организмов (биоту), способных разлагать фекалии и мертвые организмы растений и животных на простые компоненты [28].
 Вполне ясно, что если для хемосинтезирующих и азотфиксирующих бактерий достаточно прямой солнечной энергии, то работа микроорганизмов по мобилизации минеральных соединений  и разложению мертвых организмов растений (опад), мертвых организмов животных (отпад) и фекалии  расходуется солнечная энергия, ранее запасенная в пище и  перешедшая в  разлагаемые формы органического вещества. Именно поэтому в исследованиях по почвенному воздуху было отмечено значительное увеличение активности и роста колоний почвенных бактерий [29].
Как известно из работ физиологов растений, рост клеток растений стимулирует гормональное вещество гетероауксин –  β-индолилуксусная кислота (ИУК).   И все это, казалось бы, не имеет никакого отношения к теме нашего обзора. Оказалось, имеет. В СССР в 1928 г. академик АН УССР  Н.Г. Холодный (1882 – 1953) установил решающее участие гетероауксина в разрастании корневой системы. Позже  гетероауксин был обнаружен в клетках растения. Не менее любопытным является обнаружение гетероауксина (в 1933-1934 гг. голландскими химиками) в моче животных, плесневых грибах и дрожжах. Стало быть, однажды зародившись, гетероауксин способен переходить из одного вида органического  вещества в другой вид, в том числе, и фекалии животных.
  Из приведенных сведений следует, что в основе почвенного плодородия, равно как и в механизме питания растений, действительно определяющая роль принадлежит органическому веществу. Но это органическое вещество на каждом из этапов своего образования переходит из одной формы в другую. Причем, в таком непрерывном процессе в природе каждая из форм органического вещества является неотъемлемым (обязательным) звеном. Это позволяет перейти от статической констатации роли органического вещества в формировании почвенного плодородия к динамической модели почвенного плодородия. При этом, как почвенное плодородие, так и питание растений обусловлены природным законом круговорота органического вещества, под которым понимается непрерывный переход этого органического  вещества из одной формы в другую.  В результате этого круговорота обеспечивается взаимодействие живых форм органического вещества с атмосферой, литосферой и гидросферой, что приводит к непрерывному обеспечению растений растворимыми формами питательных веществ,  углекислым и иными газами, необходимыми для фотосинтетической деятельности растений. Стало быть, круговорот органического вещества обеспечивает в природе и круговорот сопутствующих ему минеральных веществ. С этих позиций круговорот органического вещества является основой жизни на Земле  и выступает в роли общего природного закона.
В соответствии с ним и с постулатом Аристотеля о соответствии истины сущности предмета вытекает необходимость вовлечения в круговорот в агроценозе органического вещества фекалий животных через его возврат в почву, не допуская его разложения за пределами сельскохозяйственных угодий, урожай с которых пошел на корм животным.

Такому возврату не служат технологии переработки навоза и помета, основанные на устаревших положениях аграрных наук о почвенном плодородии и питании растений. Стало быть, предстоит переосмысление положений аграрных наук на основе обсуждений учеными и практиками накопившихся сведений в рамках дискуссий [30].